А знаете ли вы, что…



После возвращения из Первой Камчатской экспедиции Витус Беринг был встречен в Петербурге несколько насторожено. Ему пришлось доказывать свою правоту, для чего он направил в Адмиралтейств-коллегию письменные соображения, в которых не только представил полученные им результаты, но и изложил предложения по достижению Американского континента и масштабного исследования всего русского Севера и Дальнего Востока, вплоть до Японии.

Предложения Беринга встретили поддержку у обер-секретаря Сената И. К. Кирилова и президента Адмиралтейств-коллегии Н. Ф. Головина. Государственные мужи сознавали, что у России до сих пор нет элементарной «описи приобретенного имущества» - почти все северные владения империи оставались белым пятном на карте. Исправить ситуацию было делом государственной важности. Поэтому проект Беринга Адмиралтейством был расширен и доработан.

Но ключевой фигурой в принятии решения по масштабному изучению Севера стал граф А.И. Остерман – самое влиятельное лицо в государстве во времена царствования Анны Иоанновны (1730-1740).

Детально разработанный план обследования Сибири, побережья Северных морей и Дальнего Востока был утвержден Сенатом. 17 апреля 1732 был подписан высочайший указ. Руководителем всего проекта был назначен сам Витус Беринг, получивший за прошлые заслуги звание капитан-командора. Ему же поручалось возглавить отряд по поиску морского пути к Американскому континенту. Для всех отрядов была предусмотрена постройка новых кораблей. Все отряды возглавляли офицеры Военно-Морского флота.

Масштабы экспедиции были столь велики, что впоследствии она получила название Великой Северной экспедиции. Стоимость расходов по организации и проведению экспедиции составляла огромную сумму — свыше 360 тысяч рублей. Для отрядов экспедиции в Архангельске, Тобольске, Якутске и в Охотске было построено несколько специальных судов. Их экипажи состояли из лучших офицеров и матросов российского флота. Всего в работе основных и вспомогательных отрядов экспедиции приняло участие несколько тысяч человек различных специальностей, непосредственно научными изысканиями занимались более 550 человек. Экспедиция продолжалась около десяти лет. Участники экспедиции во время морских и пеших походов исследовали и впервые нанесли на карту почти все русское побережье Ледовитого океана, берега Охотского и Берингова морей. Русскими исследователями были открыты Таймыр, Аляска, Алеутские и Командорские острова. В 1746 г. по материалам Великой Северной экспедиции Дмитрий Овцын, Софрон Хитрово, Алексей Чириков, Иван Елагин, Степан Малыгин, Дмитрий и Харитон Лаптевы составили „Карту генеральную Российской империи, северных и восточных берегов, прилежащих к Северному Ледовитому и Восточному океанам с частью вновь найденных через морские плавания западных американских берегов и острова Япона”.

Великая Северная экспедиция стала выдающимся научным предприятием, в ходе ее были собраны обширные материалы по географии, геологии, ботанике, зоологии и этнографии севера Сибири и Дальнего Востока. На экспедиционных судах проводились наблюдения за льдами и течениями, визуальные метеорологические наблюдения. Научные данные, собранные Академическим отрядом экспедиции, легли в основу ряда фундаментальных трудов ученых Академии наук.

Основные Направления Великой Северной экспедиции

Все побережье северных морей, от Печоры до Чукотки, было разбито Адмиралтейств-коллегией на 5 участков. За самый западный участок (от Печоры до Оби) отвечало само Адмиралтейство. Всем остальным "хозяйством" ведал Витус Беринг.

Побережье Северного Ледовитого океана было разбито на пять участков:

  • — самый западный участок побережья от Печоры до Оби должен был исследовать отряд под командованием Муравьёва (позже его сменил Семен Малыгин), подчинявшийся непосредственно Адмиралтейств-коллегии;
  • — участок арктического побережья России от Оби до Енисея обследовал отряд Овцына и Стерлегова;
  • — восточнее Енисея работал отряд Минина;
  • — участок побережья к западу от Лены был поручен отряду Прончищева, Харитона Лаптева и Челюскина;
  • — участок побережья к востоку от Лены обследовал отряд Лассниуса и Дмитрия Лаптева.

На Дальнем Востоке действовало два морских отряда:

  • — отряд Беринга—Чирикова должен был исследовать путь к Северной Америке;
  • — отряд Шпанберга должен был составить опись Курильских островов, берегов Охотского моря и, по-возможности, достичь берегов Японии.

Кроме того, имелось два сухопутных отряда:

  • — академический — состоявший из учёных, членов Российской Академии наук, в задачи которого входило исследование внутренних районов Восточной Сибири, в частности Камчатки;
  • — отряд Петра Скобельцына и Василия Шатилова, перед которым была поставлена задача отыскания удобного речного пути от Верхнеудинска до Охотска.

Двинско-Обский отряд

Задача отряда:
Пройти морем и сделать съемку побережья от устья Печоры до Оби.

Командир - лейтенант Степан Муравьев
Второй командир – лейтенант Михаил Павлов
Корабли: коч "Экспедицион", коч "Обь"
Вследствие неудовлетворительных результатов и поведения командиров отряда, Адмиралтейство в 1736 году отстранило Муравьева и Павлова. Руководителями «Двинско-Обского отряда» стали:
Командир - лейтенант Степан Малыгин
Второй командир - лейтенант Алексей Скуратов
Дополнительно построено 2 судна: бот «Первый» и бот «Второй»
Начало работы - 1734. Окончание - 1737.

Результат:
Отряд справился с поставленной задачей. Были обследованы и нанесены на карту: побережье Северного Ледовитого океана от реки Печоры до устья Оби, включая полуостров Ямал, часть берега Обской губы, нижнее течения реки Обь до г. Березов.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

Самому западному отряду экспедиции было поручено составить опись северного побережья России от Белого моря до устья Оби. Этому отряду достался наиболее освоенный участок арктического побережья — вдоль него проходили морские пути, проложенные поморами. Исходным пунктом отряда был назначен Архангельск. Командование возлагалось на морских офицеров Степана Муравьева и Михаила Павлова. В мае 1733 г. в Архангельске отряд получил первое распоряжение Адмиралтейств-коллегии о проведении экспедиции «для осмотра берега, лежащего от северного моря до р. Оби, где имеются места неизвестные и особливо опасные». Согласно этому распоряжению отряд должен был, держась вблизи берега, проделать путь до Оби и нанести на карту побережье материка и встреченные острова. На Оби отряд должен был встать на зимовку под руководством Павлова, а Муравьеву предписывалось доставить в Петербург карты и судовые журналы экспедиции.

По совету северных промышленников, имевших опыт плавания в арктических морях, была выбрана конструкция экспедиционных судов — небольшие плоскодонные однопалубные суда-кочи. Они были построены в Архангельске под руководством начальника Архангельского порта Мятлева. Кочи получили названия «Экспедицион» и «Обь». Одновременно с постройкой судов проходила заготовка продовольствия для экспедиции: в Пустозерске было заготовлено стадо оленей, в Обдорске устроен продовольственный склад.

4 июля 1734 г. «Экспедицион» под командованием Муравьева и «Обь» под командованием Павлова вышли из устья Северной Двины. В составе экипажа судов было около 50 человек, в числе участников экспедиции были подштурманы Руднев и Андреев, рудознатцы (геологи) Одинцов и Вейдель, иеромонах и два подлекаря.

Лишь спустя три недели суда достигли Югорского Шара. За время стоянки у острова Вайгач была начата работа по описи его берегов. Три дня участники экспедиции занимались исследованием пролива и готовились к продолжению плавания. Ледовая обстановка летом 1734 г. благоприятствовала экспедиции — Карское море было свободным от льда. Беспрепятственно дойдя до западного берега полуострова Ямал и пополнив запасы пресной воды, путешественники направились вдоль него на север. В середине августа кочи достигли 72° 35' с. ш. Не подозревая о том, что для достижения цели экспедиции — Обской губы — достаточно лишь обогнуть полуостров с севера, Муравьев и Павлов приняли решение вернуться назад и встать на зимовку.

Суда были укрыты на зиму в устье Печоры у деревни Тельвицы, а команда зазимовала в Пустозерске. Оттуда в Петербург был отправлен отчет о работе экспедиции. Зимовка проходила в приготовлениях к весеннему путешествию. Для доукомплектования судового состава экспедиции из Петербурга прибыли геодезисты Сомов и Селифонтов.

В июне 1735 г. экспедиция вновь отправилась в путь. Однако ледовая обстановка в Карском море в этот год оказалась более сложной. В конце июля, добравшись до Югорского Шара, забитого льдом, участники экспедиции вынуждены были ждать, пока пролив очистится от льда. В течение двух недель мореходы производили опись берегов, начатую летом 1734 г.

В первой половине августа судам удалось миновать Югорский Шар, но пробиться через льды Карского моря оказалось невозможным. Между руководителями экспедиции начались разногласия по поводу дальнейшего похода. В конце августа в тумане суда разделились и продолжили плавание уже в одиночку. Раздоры между командирами и неудачи экспедиции привели к тому, что Адмиралтейств-коллегия отрешила лейтенантов Муравьева и Павлова от должности и предала суду, который разжаловал их в матросы.

Новым руководителем отряда в июне 1736 г. был назначен лейтенант Степан Малыгин. Для экспедиции в Архангельске были построены еще два судна — парусно-гребные боты «Первый» и «Второй». Командиром «Первого» был назначен лейтенант Алексей Скуратов, командиром «Второго» — лейтенант Иван Сухотин.

Весной 1736 г. из Пустозерска на оленях отправилась в путь сухопутная партия экспедиции под руководством геодезиста Василия Селифонтова. Добравшись до Оби, партия прошла вдоль восточного берега Ямала, обогнула полуостров с севера и вышла на его западный берег. Во время этого похода была произведена опись полуострова. Селифонтову удалось переправиться на остров Белый и нанести на карту его южную часть. Двигаясь навстречу морскому отряду, группа геодезистов ставила на пути следования специальные опознавательные знаки — маяки.

25 мая 1736 г. Малыгин на коче «Экспедицион» отправился в поход, но у Печоры судно в тяжелых льдах потерпело крушение. Корабль пришлось оставить, его экипаж перебрался на «Обь». В конце июля «Обь» вышла из устья Печоры и в течение месяца пыталась преодолеть льды, чтобы продвинуться на восток. В начале августа к кочу присоединились новые корабли, пришедшие из Архангельска, в середине месяца экспедиционные суда дошли до Югорского Шара. Здесь командование «Первым» принял на себя Малыгин, Скуратов возглавил экипаж «Второго», а Сухотин получил приказ на «Оби» вернуться в Архангельск.

Оставшиеся в Югорском Шаре участники экспедиции под командованием Малыгина во время вынужденной стоянки во льдах описали остров Местный и прилегающую к нему часть материка. В середине сентября суда смогли выйти в море и вдоль берега дойти до до устья реки Кары. Дальнейшее продвижение судов в это время года становилось невозможным, поэтому экспедиция встала на зимовку в устье реки Трехозерной, в 60 километрах от устья Кары.

Из-за сложной ледовой обстановки вновь выйти в море отряду Малыгина удалось лишь в начале июля 1737 г. Экспедиция направилась вдоль берегов Байдарацкой губы, проводя по ходу движения опись берегов. В конце июля корабли подошли к проливу, отделяющему остров Белый от северного берега Ямала (впоследствии пролив был назван проливом Малыгина). На северной оконечности Ямала был поставлен навигационный знак. 16 августа 1737 г. суда обогнули северо-восточную оконечность полуострова, а 11 сентября вошли в устье Оби.

2 октября путешественники, встреченные отрядом казаков, добрались до Березова, где зазимовали. Отсюда Малыгин отправился в Петербург с донесением о выполненном походе. Лейтенант Скуратов получил от Адмиралтейств-коллегии предписание в следующую навигацию доставить боты «Первый» и «Второй» в Архангельск. Летом 1738 г. судам удалось дойти до устья Кары и встать там на зимовку. В июле 1739 г. плавание было продолжено, и в середине августа отряд благополучно добрался до Архангельска.

По итогам экспедиции Малыгиным и Скуратовым была составлена первая карта побережья Баренцева и Карского морей от Архангельска до устья Оби. Протяженность нанесенного на карту побережья составила около 4 тысяч километров. На этой карте впервые появилось название «Карское море», данное в память зимовок экспедиции на реке Каре.

Обско-Енисейский отряд

Задача отряда:
Пройти водным путем и нанести на карту побережье Северного океана от устья Оби до устья Енисея.

Командир – лейтенант Дмитрий Овцын
Помощники командира - штурман Федор Минин, подштурман Дмитрий Стерлегов
Корабли: дубель-шлюпка «Тобол», бот «Обь-Почтальон»
Начало работы – 1734. Окончание – 1737.

Результат:
Отряд справился с поставленной задачей. Были сделаны промеры глубин, нанесены на карту фарватеры, берега, мели. На берегах поставлены навигационные знаки. Cоставлена карта Гыданского полуострова.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

После трех неудачных попыток пробиться к Енисею в 1734-36 гг. на дубель-шлюпке «Тобол», отряду Д.Овцына в Тобольске построили новое судно - бот «Обь-Почтальон». Летом 1737 г. экспедиция вышла из Обской губы в Северный Ледовитый океан и достигла устья Енисея. Кроме того, геодезист отряда Прянишников сделал описание и нанес на карту русло Енисея вниз от Туруханска, пройдя по берегу больше тысячи вёрст.

Командир отряда Д. Овцын по окончании работ был арестован. Ему поставили в вину общение с сосланным в Берёзов князем И.А.Долгоруким. Овцына разжаловали в матросы и сослали в Сибирь (!) Под стражей он был доставлен в Охотск, в отряд Витуса Беринга. Участвовал в плавании к берегам Америки. Офицерское звание ему было возвращено лишь в 1742, после возвращения из Второй Камчатской экспедиции. Дослужился до капитана второго ранга.

Второму отряду экспедиции было поручено обследовать северное побережье от устья Оби до Енисея. Руководство отрядом было возложено на лейтенанта Дмитрия Овцына.

В январе 1734 г. в Тобольске завершилось строительство двухмачтовой дубель-шлюпки «Тобол». Экипаж судна состоял из 56 человек, в их число входили подштурман Дмитрий Стерлегов, штурманский ученик Федор Канищев, геодезист Моисей Ушаков, ученик геодезиста Федор Прянишников, геолог Захар Медведев и другие.

14 мая 1734 г. караван судов вышел из Тобольска. «Тобол» сопровождали небольшие плоскодонные суда (дощаники), на которые было погружено все снаряжение экспедиции. Перед караваном шли гребные лодки, с них осуществлялись промеры фарватера. 11 июня «Тобол» бросил якорь в Обдорске, где дощаники были разгружены, а на берегу устроен продовольственный склад. Плавание по Обской губе оказалось непростым. Во время сильного шторма дубель-шлюпка лишилась руля, а у двух якорей были обломаны лапы. Лишь 31 июля отряд дошел до устья Тазовской губы, где установил навигационный знак — маяк.

Дальнейшее продвижение во льдах на поврежденном судне было опасным, поэтому Овцын собрал совет офицеров и получил их согласие на возвращение. Для описи Обской губы на ялботе была отправлена группа Стерлегова и Выходцева, но вскоре ялбот был раздавлен льдами и затонул. Группа с большими трудностями вернулась в Обдорск, туда же 4 сентября прибыл и «Тобол».

Всю зиму и весну команда готовилась к новому походу. 29 мая 1735 г., как только вскрылась река, экспедиция вновь тронулась в путь. Ледоходом «Тобол» был вынесен к мысу Гусиный Нос, где судно на три недели застряло среди сплошных льдов. Сложные ледовые условия летом 1735 г. вновь не позволили выполнить задачу экспедиции — дойти до устья Енисея. Отсутствие свежих продуктов привело к тому, что большая часть экипажа, в том числе и командир, болели цингой в тяжелой форме, а в начале августа скончалось четверо участников экспедиции.

5 октября судно вернулось в Тобольск, откуда Овцын отправился в Петербург с рапортом о ходе экспедиции. Адмиралтейств-коллегия, заслушав рапорт, приняла решение о продолжении похода из Оби на Енисей. Для этого в Тобольске было заложено новое, более удобное для плавания, судно, которое, однако, не успели достроить к навигации 1736 года.

23 мая 1736 г. Обско-Енисейский отряд на «Тоболе» начал свой третий поход. Всего с Овцыным в плавание отправилось 50 человек. «Тобол», двигаясь на север, шел вдоль правого берега Оби и 5 августа достиг широты 72° 40'. Попытка выйти в Северный Ледовитый океан вновь не увенчалась успехом, продвижение вперед было сковано сплоченными льдами. Овцын был вынужден, как и в предыдущие годы, повернуть назад. 26 сентября «Тобол» прибыл в Обдорск, где встал на зимовку.

Во время зимовки в феврале 1737 г. для проведения описи берегов устья Оби с выходом к Енисею была отправлена группа казаков во главе с геодезистом Михаилом Выходцевым. Навстречу им из Туруханска вниз по Енисею на оленях двигалась группа Федора Прянишникова. Этими отрядами во время похода был получен обширный географический и картографический материал по району, который не удалось исследовать с судна.

В июне 1737 г. в Обдорск прибыл выстроенный в Тобольске бот «Обь-почтальон». 29 июня «Обь-почтальон» в сопровождении дубель-шлюпки «Тобол» под управлением штурмана Ивана Кошелева отправились в плавание. В походе приняли участие 70 человек. 7 августа суда вышли в открытое море и на широте 74° 02' дошли к кромке льдов. На острове (сейчас — остров Шокальского) мореплаватели соорудили маяк. На совещании было принято решение повернуть к востоку, и уже 16 августа суда обогнули мыс Мате-Сале (Тупой мыс) и направились к Енисейской губе.

31 августа экспедиция вошла в Енисейский залив, где встретилась с отрядом Прянишникова. Вблизи устья реки Гольчихи, где местными властями был устроен продовольственный склад для экспедиции, путешественники пополнили запасы провизии и возобновили плавание вверх по Енисею. В начале октября начался ледостав и суда встали на зимовку. На берегу Енисея было выстроено зимовье, «Обь-почтальон» укрыли в устье реки Антгутихи, «Тобол» — в реке Денежкина.

По заданию Адмиралтейств-коллегии отряд Овцына должен был по окончании плавания в Енисей заняться исследованием земель к востоку от устья Енисея. Выполнение этой задачи Овцын поручил штурману Федору Минину, под командование которому был передан бот «Обь-почтальон». Сам Овцын направился с отчетом об экспедиции в Петербург, но в Тобольске был арестован за связи с опальным князем И. А. Долгоруким. Овцына судили и, разжаловав в матросы, направили в Охотск, в отряд Беринга.

За годы работы отряд Овцына—Минина описал и нанес на карту восточный берег Обской губы, Тазовскую и Енисейскую губу, берега Енисея и Оби, западный берег полуострова Таймыр, а также ряд островов. Сделанные отрядом описания вошли в итоговую карту, составленную по материалам Великой Северной экспедиции.

Восточно-Енисейский отряд

Задача отряда:
Cоставить описание побережья Северного океана и полуострова Таймыр от устья Енисея до реки Хатанга.

Командир - штурман Федор Минин
Помощник - подштурман Дмитрий Стерлегов
Корабль – бот «Обь-Почтальон» (переданный отрядом Д. Овцына)
Начало работ – 1738. Окончание – 1743.

Результат:
Поставленная задача выполнена частично. Пройдена по морю, нанесена на карту и описана лишь западное побережье п-ова Таймыр до 75° с. ш.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

В конце июля 1738 года отряд Ф. Минина достиг мыса на 73°29′ северной широты и возвратился. В январе 1740 года Д. Стерлегов отправился в сухопутную экспедицию. Удалось пройти на северо-восток от реки Пясина и описать побережье от мыса Северо-Восточный до 75°29′ с. ш. В 1740 и 1742 Ф. Минин на боте «Обь-Почтальон» сделал еще две безуспешные попытки обойти по морю Таймыр . В 1743 году деятельность отряда была закончена.

По заданию Адмиралтейств-коллегии отряд Овцына должен был по окончании плавания в Енисей заняться исследованием земель к востоку от устья Енисея. Выполнение этой задачи Овцын поручил штурману Федору Минину, под командование которому был передан бот «Обь-почтальон». 4 июня 1738 г. бот «Обь-почтальон» под командованием Минина вышел из Туруханска и направился для обследования берегов Таймырского полуострова. В состав отряда входило 57 человек. В этот поход морякам удалось, миновав мыс Ефремов Камень, достичь, хотя и с большими трудностями, того места, откуда берег стал уклоняться к востоку. 16 августа моряки достигли широты 73° 07', где открыли группу каменных островов, которые Минин назвал Северо-Восточными. Продвинуться дальше путешественникам не удалось, они были задержаны грядою сплошных льдов. Попытки продвинуться вперед были совершенно бесполезны; 30 августа мореходы повернули назад и 7 сентября вошли в устье Енисея. Укрыв бот в речке Курьей, участники экспедиции остановились в зимовье Исакова. Во время зимовки Минин составил карту Енисейского залива. Эту карту и рапорт об окончании похода 1738 г. он отправил в Петербург.

Летом 1739 г. Минин повторил попытку обогнуть Таймыр, но она оказалась еще более неудачной. По вине местных властей для экспедиции к началу навигации не успели подготовить запас продовольствия, поэтому выйти в море Минину удалось лишь в начале августа. Экспедиция дошла лишь до устья Енисея, где была надолго задержана штормом. Дело шло к зиме, и Минин принял решение о возвращении. 1 октября «Обь-почтальон» бросил якорь в Ангутском заливе. Экипаж судна возвратился на зимовку в Туруханск.

В январе 1740 г. из Туруханска на север отправилась сухопутная экспедиция под руководством Стерлегова. 22 марта группа на собачьих упряжках добралась до Северо-Восточных островов, где выполнила астрономические определения. Продвигаясь в северо-восточном направлении, отряд миновал устье Пясины и в середине апреля достиг мыса (впоследствии названного мысом Стерлегова) на широте 75° 26'. На мысе был построен маяк из плавника, под ним оставлено письмо с отчетом о работе партии. Второй маяк был установлен Стерлеговым на обратном пути на 75° 10' с. ш. Во время этого похода Стерлегов нанес на карту участок берега Таймыра, начиная от устья Енисея.

В устье реки Гольчихи группа Стерлегова встретилась с морским отрядом. Выйдя из Енисейского залива и двигаясь на северо-восток, Минин 17 августа миновал устье Пясины и открыл россыпь мелких островов, позднее получивших название «шхеры Минина». Судно дошло до 75° 15' с. ш., дальше путь преградили льды. Повернув назад, «Обь-Почтальон» 27 августа вошел в Енисей и встал на зимовку в Дудино.

В связи с безрезультатностью морских походов восточнее Пясины весной 1741 г. Адмиралтейств-коллегия приняла решение о прекращении работы отряда. 4 августа 1741 г. «Обь-Почтальон» прибыл в Енисейск, откуда Стерлегов направился в Петербург с рапортом. Летом 1742 г. Минин предпринял еще одну попытку пройти на восток, которая опять не увенчалась успехом.

За годы работы отряд Овцына—Минина описал и нанес на карту восточный берег Обской губы, Тазовскую и Енисейскую губу, берега Енисея и Оби, западный берег полуострова Таймыр, а также ряд островов. Сделанные отрядом описания вошли в итоговую карту, составленную по материалам Великой Северной экспедиции.

Западно-Ленский отряд

Задача отряда:
Разведать возможность прохождения морем от Лены на запад к Енисею, исследование и нанесение на карту побережья, полуострова Таймыр, а также русла реки Лена ниже Якутска.

Командир – лейтенант Василий Прончищев
Второй командир - лейтенант Харитон Лаптев
Помощник - штурман Семён Челюскин
Корабли – дубель-шлюпка «Якутск»
Начало работ – 1735. Окончание – 1742.

Результат:
Отряд почти полностью справился с поставленной задачей. Нанесен на карту практически весь Таймыр и побережье на запад от Лены до устья реки Хатанги.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

За две навигации Прончищеву удалось пройти морем от устья Лены до «середины» береговой линии Таймыра и нанести на карту более 500 вёрст побережья. Во время второй навигации сам В. Прончищев и сопровождавшая его супруга Татьяна погибли. Отряд возглавил Х. Лаптев. На «Якутске» команда Х. Лаптева в 1739-40 продолжила описание Таймырского побережья. После гибели судна, Х. Лаптев начал «сухопутное» обследование Таймыра, разделив отряд на три группы. Группе С.Челюскина в 1742 удалось выйти на самую северную точку Таймыра и всего Азиатского материка – Восточно-Северный мыс с координатами 77°43′ с. ш. 104°18′ в. д.

К 100-летнему юбилею экспедиции «Русское географическое общество» переименовало эту географическую точку в мыс Челюскина. Д. Прончищев и Х. Лаптев, помимо географических вычислений, вели наблюдение за погодой, природой, животным миром, сделали массу наблюдений за бытом и обычаями коренного населения.

Семён Челюскин во время экспедиции не имел офицерского звания, был произведен в мичманы лишь в 1742 г.

Третий отряд Великой Северной экспедиции получил задание двумя группами обследовать арктическое побережье России между Енисеем и Колымой. В январе 1735 г. в Якутске были заложены бот «Иркутск» и дубель-шлюпка «Якутск», в мае того же года их спустили на воду. Командиром дубель-шлюпки «Якутск» был назначен лейтенант Василий Прончищев, командиром бота «Иркутск» — лейтенант Петр Ласиниус. В конце июня 1735 г. суда вышли из Якутска. Достигнув устья Лены, мореплаватели разделились: «Якутск» направился на запад, «Иркутск» — на восток.

В задачи Ленско-Енисейской части отряда под руководством Прончищева входила опись участка побережья к западу от устья Лены; отряд должен был произвести картографические съемки, промерить глубины морей и речных заливов, изучить течения и ветры. В состав отряда входило более 40 человек, в том числе штурман Семен Челюскин, геодезист Никифор Чекин и жена Прончищева — Татьяна, ставшая первой русской женщиной-полярницей.

Во время плавания вниз по Лене отряд в течение месяца проводил картографические съемки. Достигнув устья, «Якутск» повернул на север в обход дельты Лены. На этот путь отряд, не имеющий опыта плавания во льдах, затратил две недели. Лишь 7 августа 1735 г. через левый рукав реки «Якутск» вышел в открытое море и взял курс на запад. Но сроки навигации были уже пропущены.

В конце августа судно дошло до устья реки Оленек, где путешественники выстроили из плавника две избы и остановились на зимовку.

Летом 1736 г. море вскрылось ото льда поздно, и лишь в начале августа «Якутск» смог продолжить плавание на запад к полуострову Таймыр. 5 августа отряд достиг устья Анабара, откуда Прончищев отправил вверх по течению реки геодезиста Баскакова. Осмотрев гору с выходами руды, о которой рассказывали местные жители, Баскаков через пять дней привез ее образцы. Позднее профессор Гмелин произвел анализ проб и определил наличие в руде серы.

Продолжив путь, в середине августа отряд подошел к левому берегу Хатангской губы, а затем повернул на север. 17 августа у восточного берега Таймыра исследователи открыли острова, названные ими именем Петра I. Экспедиция проходила в сложных условиях — продвижению к северу мешали туманы, встречные ветры, постоянно встречались скопления льдов. Дойдя до широты 77° 29', мореплаватели на общем совете приняли решение о возвращении в устье Хатанги на зимовку. Фактически судно находилось в проливе Вилькицкого и только сильный туман не позволил Прончищеву открыть новый архипелаг - Северную землю. Обратно «Якутск» шел по тому же маршруту вдоль восточного берега Таймырского полуострова. Холод, усталость и скудные запасы продовольствия привели к тому, что на судне разыгралась цинга. Болел и командир отряда.

Высадиться в Хатангской губе отряд не решился — на берегу не было никакого жилья. Прончищев повел корабль к Оленёкскому зимовью, однако штормовые ветры не позволили судну подойти близко к берегу. 29 августа Василий Прончищев на шлюпке отправился искать проход для корабля. Во время похода он сломал ногу, а вернувшись на судно, потерял сознание и в тот же день умер. Руководство отрядом принял на себя Семен Челюскин. Лишь 2 октября «Якутску» удалось бросить якорь вблизи берега, а через четыре дня моряки похоронили своего командира. Спустя пять дней «от великой печали», как написал в письме Челюскин, умерла и Татьяна Прончищева, которую похоронили рядом с мужем.

С установлением санного пути Челюскин отправился в Якутск с рапортом Берингу о плавании 1736 г. и о смерти Прончищевых. К рапорту он приложил карту, на которой был показан восточный берег Таймыра и прибрежные острова. Летом 1737 г. отряд на дубель-шлюпке возвратился в Якутск.

В декабре 1737 г. Адмиралтейств-коллегия приняла решение о продолжении работы отряда. Новым начальником Ленско-Енисейского отряда и командиром дубель-шлюпки «Якутск» был назначен Харитон Лаптев, получивший чин лейтенанта флота. Ему предписывалось пройти морем из Лены в Енисей с попутной описью неизвестных берегов. Кроме того, он получил задание выполнить сухопутные исследования, если лед будет непроходимым и «Якутску» не удастся выйти в море.

В 1739 г. Х. Лаптев прибыл из Петербурга на Лену. Из Усть-Кута снаряжение экспедиции на дощаниках было доставлено в Якутск, а оттуда летом 1739 г. «Якутск», на борту которого было 45 человек, начал свой путь на север. Путь вниз по Лене занял больше месяца, а 21 июля дубель-шлюпка вышла в море и взяла курс на Оленёк, где было решено соорудить склад продовольствия. На пути к Хатангскому заливу мореплавателями была открыта небольшая, глубоко вдающаяся в сушу бухта, которую они назвали Нордвик (Северный залив).

Льды и сильные ветры вынудили моряков в течение многих дней простоять в Хатангской губе, и лишь в середине августа они смогли продолжить путь. 21 августа «Якутск» подошел к мысу Св. Фаддея. На собачьих упряжках по льду группа участников экспедиции добралась до берега и исследовала его. Приближалась зима, начались морозы, поэтому по общему решению экипажа судно вернулось к устью Хатанги. Вблизи речки Блудной моряки построили избы из плавника, где без болезней и потерь прожили зиму.

В марте 1740 г. геодезист Чекин с девятью собачьими упряжками и восемнадцатью оленями направился через тундру к устью реки Таймыры, чтобы провести описание берега до устья Пясины. На карту было положено около 100 км побережья. На 76° 26 с. ш. Чекин поставил маяк, а когда запасы провизии стали заканчиваться, повернул назад. Корма для собак на весь обратный путь не хватило, собаки гибли одна за одной. Бросив нарты среди тундры, часть пути до Хатангского зимовья Чекин проделал пешком и в конце мая встретился со своми товарищами.

Летом 1740 г. «Якутск» отправился в очередное плавание. Ледовая обстановка в навигацию 1740 г. была настолько сложной, что путь по Хатангскому заливу занял около месяца. 11 августа судно вышло в море, а спустя двое суток оказалось затертым льдами на широте 75° 30'. Течениями и ветром судно понесло к северу, на бортах «Якутска» появились пробоины, трюм стало заливать водой, был обломан форштевень. Лаптев, опасаясь за судьбу экипажа, приказал выгрузить на лед продовольствие и снаряжение экспедиции. Покинув корабль, моряки по льду добрались до материка. Через полтора месяца, в середине октября, отряд подошел к зимовью на реке Блудной. Во время перехода погибли четыре человека, остальные были сильно истощены, многие страдали от цинги.

В течение двух навигаций 1739—1740 гг. отряду не удалось морем пройти до Енисея — мешал непроходимый лед. Поэтому, выполняя предписание Адмиралтейств-коллегии, Харитон Лаптев решил предпринять пешие походы для исследования берегов Таймырского полуострова. Ранней весной 1741 г. все было готово к началу работы, которую предполагалось осуществить с помощью трех партий. Остальная команда и грузы экспедиции на ста оленях были отправлены в Туруханск.

В марте Семен Челюскин с двумя матросами направился в верховья реки Пясины, откуда ему предстояло дойти до моря, а затем двигаться на восток. В середине апреля зимовье покинул Чекин в сопровождении двух спутников. Перед ним была поставлена задача описать северо-восточное и северное побережье Таймыра до реки Таймыры. Сам Лаптев, последним покинув место зимовки, отправился на север, чтобы обследовать восточную часть Таймырского полуострова, а затем в устье Таймыры встретиться с Челюскиным и Чекиным. По окончании работы всех трех партий неисследованными остались лишь несколько сотен километров на самом севере полуострова.

В декабре 1741 г. для завершения описи северной части Таймырского полуострова отправился Семен Челюскин с тремя солдатами. Путь из Туруханска до устья Хатанги занял около трех месяцев. В начале апреля 1742 г., пополнив запасы продовольствия и корма для собак, Челюскин продолжил путь к северной оконечности Таймыра вдоль восточного берега полуострова. В начале мая он достиг мыса Св. Фаддея и начал съемку берега, продвигаясь на север. Через неделю путешественники достигли оконечности самого северного мыса Евразии. «Сей мыс каменный, приярый, высоты средней, — записал Челюскин в путевом журнале. — …Здесь именован мною оный Восточный Северный мыс… Здесь поставил маяк — одно бревно, которое вез с собою». Этот мыс носит сейчас имя Челюскина.

Положив на карту последние километры северного побережья Таймыра, Семен Челюскин завершил работу Ленско-Енисейского отряда. Усилиями Прончищева, Челюскина, Чекина, Харитона Лаптева и многих других участников отряда на карте России появились очертания неизвестного ранее Таймырского полуострова.

Восточно-Ленский отряд

Задача отряда:
Попытаться пройти морем от устья Лены до «Чукотского мыса» и далее до Камчатки. На всем пути провести съемку побережья, нижнего течения основных рек, определить фарватер и провести все прочие наблюдения самого дальнего участка азиатского материка.

Командир (1735-36) – лейтенант Петр Ласиниус (участник Первой Камчатской экспедиции)
Командир (1736-1742) –лейтенант Дмитрий Лаптев (двоюродный брат Харитона Лаптева)
Корабль – дубель-шлюпка «Иркутск»
Начало работ – 1735. Окончание – 1742.

Результат:
Отряд выполнил только часть задания. Не удалось пройти морем на восток дальше устья Колымы. Нанесено на карту побережье от Лены до Колымы, обследованы русла рек Яна, Хрома, Индигирка, Колыма, Анадырь.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

Командир отряда П. Ласиниус и значительная часть команды скончались от цинги в первую же зимовку. Командиром отряда в 1736 назначен Д. Лаптев. На дубель-шлюпке «Иркутск» продолжил попытки пройти морем на восток. Без успеха. Лаптев отправился в Петербург с отчетом о невозможности пройти морем до Чукотки. В Адмиралтействе настойчиво предложили сделать еще одну попытку.

Возвратившись к отряду, Д.Лаптев сделал еще целый ряд попыток прорваться морем до «Чукотского носа». Проплыть по воде удалось только до мыса Баранов камень, восточнее устья Колымы. Зимовали в Нижнеколымском остроге. Потом пошли вверх по Колыме, ведя съемку русла, переправились в бассейн Анадыря и нанесли на карту все русло. Вернулись обратно в Нижнеколымск, оттуда на боте «Иркутск» возвратились в Якутск, после в Петербург.

Ленско-Колымский отряд Великой Северной экспедиции получил задание обследовать арктическое побережье России между Леной и Колымой. В случае выполнения этого задания отряд должен был двигаться дальше — до Камчатки. Планировалось, что экспедиция продлится два года.

В мае 1735 г. в Якутске был спущен на воду бот «Иркутск», командиром которого стал лейтенант Петр Ласиниус, до этого принимавший участие в Первой Камчатской экспедиции Витуса Беринга. В состав отряда входило около 50 человек, в том числе подштурман Василий Ртищев, геодезист Дмитрий Баскаков, штурманский ученик Иван Глазов.

В конце июня 1735 г. «Иркутск» под командованием Ласиниуса и дубель-шлюпка «Якутск» под командованием лейтенанта Прончищева вышли из Иркутска и направились вверх по Лене. Из устья Лены «Якутск» направился на запад, «Иркутск» — на восток.

Вблизи устья Лены отряд встретился с первыми трудностями — путь судну преградили льды. Попытки пробиться на восток не принесли успеха, и уже в середине августа судно встало на якорь в губе Буор-Хая в устье реки Хараулах. На берегу мореплаватели нашли пять старых якутских юрт, рядом с ними выстроили дом, в котором зазимовали. В декабре 1735 г. от цинги скончался Петр Ласиниус, следом за ним умерли поручик Полубородов, геодезист Баскаков, ученик Глазов. К весне 1736 г. болезнь унесла 38 человек. Оставшиеся в живых девять участников экспедиции под командованием подштурмана Василия Ртищева летом 1736 г. вернулись в Якутск.

Узнав о трагической судьбе отряда, начальник Великой Северной экспедиции Витус Беринг отдал распоряжение сформировать новую команду бота «Иркутск». Отряд возглавил лейтенант Дмитрий Лаптев, его помощниками стали лейтенант Плаутинг и подштурман Щербинин.

31 мая 1736 г. отряд Лаптева на трех дощаниках вышел из Якутска и по Лене добрался до мыса Быковского. Льды не позволили небольшим судам продвигаться дальше, поэтому Дмитрий Лаптев отправился в Хараулах, где зимовал «Иркутск». В конце июля на переоснащенном судне Лаптев вышел в море, через десять дней бот дошел до места, где были оставлены дощаники с провиантом.

11 августа 1736 г. «Иркутск» отправился в очередное плавание, но пройти на восток судну вновь не удалось. К северу от мыса Буорхая на широте 73° 16' мореплаватели встретили непроходимые льды, судну грозила опасность быть раздавленным ими. 14 августа Лаптев созвал совет, который, обсудив положение отряда, решил вернуться к устью Лены. На совете было принято решение на будущий год в море не выходить.

Отряд остановился на зимовку в устье реки Борисовой. Зимовали в пяти юртах. Зимовка проходила сложно, цингой переболели почти все участники экспедиции, но смертный случай был всего один.

По окончании зимовки Лаптев отправился в Петербург, чтобы доложить о ходе экспедиции. В конце 1737 г. Адмиралтейств-коллегия приняла решение о продолжении работы всех отрядов Великой Северной экспедиции до тех пор, пока ее цели не будут достигнуты. 27 февраля 1738 г. Адмиралтейств-Коллегия заслушала рапорт начальника Ленско-Колымского отряда Дмитрия Лаптева и рассмотрела привезенные им карты. Несмотря на заявление Лаптева о невозможности прохода морем от устья Лены до Колымы, ему было предписано продолжить поиски этого пути, а также провести сухопутное обследование берегов. Отряду было поручено особое внимание уделять устьям рек, промерять их глубины, делать съемку берегов и устанавливать их пригодность для зимовки судов.

Вернувшись в Якутск, Лаптев занялся подготовкой к новому плаванию. Ранней весной 1739 г. из Якутска на реку Яну был направлен матрос Лошкин. Ему было поручено провести опись берегов от Яны до мыса Святой Нос, а затем вернуться в устье Лены. Одновременно на Индигирку с целью описи ее берегов отправился геодезист Киндяков. В случае неудачи морского похода вокруг Святого Носа Дмитрий Лаптев планировал для продолжения экспедиции построить суда на Индигирке.

В июле 1739 г. отряд Лаптева по Лене вновь вышел в море. Выполнив опись губы Буорхая, экспедиция продолжила путь на восток. В течение нескольких дней судну пришлось продвигаться сквозь льды, затем оно вышло на чистую воду, а в начале августа подошло к одному из рукавов Яны. Удачно начавшийся поход едва не закончился трагически — северным ветром в устье реки нагнало мощный лед, грозивший раздавить бот. К счастью, этого не произошло, и спустя несколько суток путешественники возобновили плавание. По время вынужденной стоянки в устье Яны моряки занимались описью берегов реки и промером глубин.

В середине августа мореплаватели добрались до Святого Носа. Обрывистый каменный мыс был окружен льдами, но между берегом и полем льда обнаружился канал чистой воды, по которому «Иркутск» прошел через пролив между морем Лаптевых и Восточно-Сибирским морем. Однако приблизиться к берегу судну не удалось. Лаптев несколько раз посылал на берег матросов на шлюпках, чтобы описать местность и найти гавань, в которой можно было бы укрыть судно. Две поездки на берег закончились неудачей — моряки на судно не вернулись.

В конце августа, когда судно находилось вблизи устья Индигирки, море начало замерзать. Во время шторма лед взломало, и бот вынесло в море. К счастью, через несколько часов ветер сменил направление, судно направилось к югу и встало на якорь у восточного протока Индигирки. Отправленная на берег группа моряков обнаружила там своих товарищей, считавшихся погибшими, и доставила их на судно.

Приближалась зима, льды мешали завести судно в реку на зимовку. Запасы топлива подходили к концу, и Лаптев принял решение оставить судно и выгрузиться на берег. По рассказам геодезиста Киндякова, обследовавший Индигирку весной того же года, недалеко от места, где бросил якорь «Иркутск», находилось поселение Русское Устье. На нартах участники экспедиции добрались до этого селения и благополучно перезимовали. Лаптев отправил в Петербург рапорт и составленную им карту исследованных отрядом берегов.

В июне 1740 г. Лаптев получил ответ Адмиралтейств-коллегии, в котором говорилось: «Исполнять, усмотряя по тамошнему состоянию с крайнею возможностию и ревностию, по наилучшему его рассуждению; а Чукотский Нос, ежели возможно, обходить водою; ежели ж, за препятствием от льдов, водою идти будет невозможно, то сухим путем». Отряд стал готовиться к продолжению плавания на восток.

В июле, прорубив канал во льду, моряки вывели «Иркутск» на чистую воду. Однако пришедший в движение взломанный лед, подойдя к берегу, выбросил бот на мель. В течение двух недель участники экспедиции предпринимали попытки снять судно с мели, а затем еще две недели ожидали, когда изменится ледовая обстановка. Лишь 31 июля экспедиция смогла продолжить путь. 2 августа моряки увидели остров, названный островом Св. Антония (сейчас — Первый Медвежий остров). 4 августа путешественники дошли до устья Колымы. Лаптев отправил в Нижнеколымск сообщение, в котором говорилось, что отряд продолжит плавание к Чукотскому Носу.

Однако уже спустя несколько дней «Иркутск» вновь оказался во льдах. Погода стала ухудшаться, шел снег, количество льда заметно увеличивалось, и дальнейшее продвижение на восток стало опасным. 14 августа у берегов Большого Баранова Камня участники экспедиции единодушно решили вернуться на зимовку. 23 августа бот бросил якорь в Нижнеколымске. В октябре Лаптев отправил в Петербург отчет о плавании и карту побережья между Леной и Колымой.

29 июня 1741 г. Лаптев предпринял последнюю попытку пройти морем на восток. Ледовая обстановка не благоприятствовала плаванию, лишь 25 июля путешественники дошли до Большого Баранова Камня, где их вновь остановили льды. Для разведки безопасного пути для судна Лаптев выслал вперед на двух дощаниках группу моряков под командованием штурмана Щербинина, однако лодки были раздавлены льдами, а их команда едва спаслась. Льды угрожали и «Иркутску», поэтому Лаптев принял решение вернуться к устью Колымы.

В распоряжении Адмиралтейств-коллегии руководителю отряда было предписано прекратить поиски морского пути, если два года подряд в одном и том же месте будут встречены непроходимые льды. 6 августа 1741 г. совет, собранный Лаптевым, принял решение не выходить в море в следующем, 1742 г. Отряд возвратился в Нижнеколымск, откуда в конце октября 1741 г. на 45 собачьих упряжках выехал в Анадырский острог.

Зимой 1742 г. путешественники совершили походы для описи реки Анадырь, а также побережья между устьями рек Анадырь и Пенжина. Осенью отряд вернулся в Нижнеколымск, а Дмитрий Лаптев выехал в Якутск, а затем по распоряжению А. И. Чирикова — в Петербург. Работа Ленско-Колымского отряда была завершена. На карте России появились очертания восточного побережья Северного Ледовитого океана.

Отряд Беринга-Чирикова

Задача отряда:
Найти морской путь в Америку с Востока. Провести разведку, нанести на карты все, что будет встречено на пути.

Командир – капинат-командор Витус Беринг
Второй командир – капитан Алексей Чириков
Корабли: боты «Святой Петр» и «Святой Павел»
Начало – 1740. Окончание - 1742.

Результат: Оба судна дошли до американского побережья.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

2 мая 1732 г. Сенат издал указ «Об отправлении капитан-командора Беринга в Камчатку и о правилах, каковые он должен соблюдать в сей экспедиции». Согласно указу отряд Беринга должен был пересечь Сибирь и от Камчатки направиться к Северной Америке для исследования ее побережья и изучения быта и нравов народов, населяющих эти земли. Для плавания к американским берегам Берингу и Чирикову поручалось построить два специальных судна. Все необходимое снаряжение и продовольствие для экспедиции было подготовлено к лету 1740 г. Тогда же в Охотске под руководством корабельных мастеров Козьмина и Рогачева была закончена постройка двух судов. В сентябре 1740 г. пакетботы «Святой Петр» под командованием Беринга и «Святой Павел» под командованием Чирикова вышли из Охотска. Во время шторма у берегов Камчатки была потеряна часть продовольствия. В октябре экспедиция прибыла в Авачинскую губу и остановилась на зимовку в бухте, которую Беринг назвал Петропавловской. Здесь был основан острог, впоследствии выросший в город Петропавловск-Камчатский. С началом навигации участники экспедиции стали готовиться к отплытию. Для решения вопроса о маршруте судов Беринг созвал совет из офицеров, штурманов и ученых. Мнения участников совета разделились: командор предлагал плыть на северо-восток, Стеллер — на восток, профессор астрономии Делакроер — на юго-восток, где, по его мнению, должна была находиться так называемая земля Хуана де Гама. После обсуждения было принято решение исследовать эту землю, а затем продолжить путь к берегам Америки.

Утром 4 июня 1741 г. «Святой Петр» и «Святой Павел» вышли из Петропавловской бухты. Достигнув 47° с. ш., где должна была находиться мифическая земля, участники плавания пришли к выводу о том, что ее не существует, а время и силы экспедиции были потрачены напрасно. Суда повернули на север. Условия плавания были сложными, мешали штормы и густые туманы. Чтобы не потеряться в тумане, на кораблях стреляли из пушек или били в колокол. 19 июня ни выстрелы, ни удары колокола не помогли — суда разлучились.

В течение трех дней Беринг и Чириков тщетно пытались найти друг друга, после чего Беринг отдал приказ двигаться на север, а Чириков взял курс на северо-восток. По-разному сложилась судьба отрядов экспедиции.

Около четырех недель «Святой Петр» продолжал плавание к западным берегам Америки. В первой половине июля по курсу судна стали видны неясные очертания земли — корабль шел вдоль Алеутских островов. 16 июля 1741 г. участники экспедиции наконец увидели берег с высокими горными хребтами, покрытыми снегом. Это была долгожданная Америка. Сильный ветер не позволил подойти к берегу, лишь 20 июля пакетбот бросил якорь недалеко от небольшого острова. Для разведки на берег была отправлена шлюпка с 15 матросами, руководил которыми Софрон Хитрово. Сделав запасы пресной воды, матросы вернулись на корабль. Позже Беринг отправил на остров натуралиста Стеллера в сопровождении казака Лепехина. Стеллер провел на берегу 10 часов, за это время он обнаружил и осмотрел жилища индейцев, составил описание около 160 видов местных растений, а также описание некоторых представителей фауны (тюленей, китов, акул, морских бобров, лисиц, нескольких видов птиц, в том числе хохлатую сойку, впоследствии названную его именем).

21 июля экспедиция продолжила путь, двигаясь на запад. В течение месяца «Святой Петр» то приближался к берегам, то удалялся от них. 29 августа корабль стал на якорь между островами, названными Шумагинскими. Для пополнения запасов воды на берег была послана шлюпка со штурманом Андреем Гейзельбергом, которая в течение суток курсировала между островом и судном. Во время этой стоянки произошла первая встреча русских моряков с американскими индейцами.

Обратный путь «Святого Петра» был сложен — в начале сентября начались сильные штормы, становилось все холоднее и холоднее. Три недели корабль плыл в открытом океане, часто в густом тумане. 25 сентября судно прошло мимо земли, в глубине которой возвышалась гора, названная горой Святого Иоанна.

Запасы продовольствия и пресной воды быстро уменьшались, большая часть экипажа заболела цингой, люди теряли силы. Почти каждый день на судне кто-то умирал. Болел и Витус Беринг. Было принято решение причалить к земле и остановиться на зимовку. Утром 4 ноября на горизонте показалась неизвестная земля, которую участники экспедиции сначала приняли за Камчатку. При подходе к берегу судно было сильно повреждено, но сумело встать на якорь. 7 ноября на берег для разведки высадились Плениснер и Стеллер, на следующий день началась высадка. В течение почти двух недель более здоровые участники экспедиции переправляли на берег больных товарищей. Беринга на носилках перенесли в специально подготовленную для него землянку. Во время высадки умерло девять человек. 28 ноября стоявший на якоре пакетбот штормом был выброшен на берег. Этому происшествию моряки не придали большого значения, так как были уверены, что находятся на Камчатке и смогут установить связь с местными жителями. Однако отправленные Берингом на разведку участники экспедиции, поднявшись на гору, установили, что место их высадки — необитаемый остров.

8 декабря 1741 г. руководитель экспедиции Витус Беринг скончался. Командование отрядом принял на себя старший по чину лейтенант Свен Ваксель. Из 76 человек, высадившихся на остров, выжили всего 45. Запасы продовольствия подходили к концу, решено было охотиться на морских бобров и птиц. Свежая пища способствовала выздоровлению больных участников экспедиции, и после 8 января никто не умер. Зимовать пришлось в землянках, накрытых брезентом. Отапливали землянки плавником.

Пережив холодную и снежную зиму, моряки в марте 1742 г. стали готовиться к продолжению плавания. По предложению Свена Вакселя и Софрона Хитрово было принято решение построить новое небольшое судно из остатков «Святого Петра». 20 человек под руководством Саввы Стародубцева занимались постройкой, остальные готовили запас продовольствия для продолжения путешествия — охотились на морских коров, собирали травы и корни растений. Были также отремонтированы бочки, в которые набиралась речная вода.

В конце июля постройка судна была завершена, а 13 августа путешественники отплыли от острова, который назвали островом Беринга. Через четыре дня прямо по курсу судна показалась Камчатка, а еще через 10 дней корабль бросил якорь в Петропавловской бухте. Экспедиция «Святого Петра» была закончена.

«Святой Павел» под командованием Чирикова, оставшись в одиночестве и продвигаясь на северо-восток, 15 июля 1741 г. достиг земли близ берегов Америки в районе 55° 11' с. ш. и 133° 57' з. д. Не найдя подходящего места для стоянки судна, экспедиция продолжила путь и 17 июля остановилась на широте 57° 50'. На берег была отправлена шлюпка с десятью матросами под командованием штурмана Абрама Дементьева для разведки окрестностей и отыскания места для стоянки. В течение нескольких дней на судне ожидали возвращения группы, а затем на их поиски решено было отправить боцмана Савельева с матросом и двумя плотниками. Эта группа также не вернулась обратно.

Потеря 15 человек (почти четверти экипажа) и двух гребных судов изменила планы экспедиции. Запасы пресной воды и продовольствия таяли день ото дня, а высадиться на берег не представлялось возможным. Пройдя вдоль берегов Америки около 400 верст, 26 июля Чириков принял решение отправиться в обратный путь.

21 августа Чириков отдал распоряжение из-за недостатка пресной воды варить кашу через два дня. Участники экспедиции в основном питались сухарями с маслом и солониной, отваренной в морской воде. На судне разыгралась цинга, и к концу сентября среди экипажа не было ни одного здорового человека. Моряки умирали один за одним. Был болен и Чириков, а с 20 сентября он уже не мог выйти из каюты. Управление судном перешло к штурману Елагину. Утром 6 октября штурман наконец заметил вдали берег Камчатки, а 9 октября корабль встал на якорь в Авачинском заливе. Путешествие было окончено.

Перезимовав в Авачинской губе и оправившись от болезни, в начале лета 1742 г. Чириков с оставшимися в живых членами экипажа «Святого Павла» вновь отправился в плавание к берегам Америки. Экспедиции удалось дойти до западного острова Алеутской гряды (острова Атту), но сильные ветры и туман не позволили продолжить плавание. На обратном пути пакетбот прошел на расстоянии видимости мимо острова, на котором находились моряки с потерпевшего крушение флагманского судна экспедиции «Святой Петр». 1 июля 1742 г. Чириков вернулся на Камчатку, откуда участники экспедиции направились в Охотск.

В 1743 году Сенат приостановил работу Второй Камчатской экспедиции. Открытия, сделанные участниками экспедиции Беринга—Чирикова, вошли в итоговую карту, составленную в 1746 г. по результатам работы Великой Северной экспедиции.

Южный отряд

Задача отряда:
Найти дорогу в Японию. По возможности установить контакты с населением и местными властями.

Командир – капитан 1 ранга Мартын Шпанберг (участник Первой Камчатской экспедиции)
Второй командир – лейтенант Вилим Вальтон
Корабли – бригантина «Архангел Михаил», дубель-шлюпка «Надежда», бот «Святой Гавриил», шлюп «Большерецк».
Начало – 1738. Окончание – 1739.

Результат:
Отряд полностью справился с поставленной задачей. Обнаружена Япония, сделаны описания части побережья, установлены контакты с местным населением.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

Летом 1738 года отряд М. Шпанберга на трёх судах - бригантине «Архангел Михаил», дубель-шлюпке «Надежда» и боте «Святой Гавриил» отправился к берегам Японии. Но прошли только по западной части Курильских островов и вернулись на Камчатку, в Большерецк.

К началу навигации 1739 года был построен шлюп «Большерецк» специально для прохождения прибрежных камней и мелей между островами. Все 4 судна снова вышли в море и шли по восточной стороне Курильских островов, ведя их съемку и описание. 14 июня 1739 В. Вальтон, командовавший «Св.Гавриилом» (по причине неприязненных отношений с М.Шпанбергом), «оторвался» от эскадры и ушел искать Японию самостоятельно. Оба командира вышли к берегам главного японского острова Хонсю почти одновременно - 16 июня 1739 на 38° северной широты.

На обратном пути М. Шпанберг 24 июня заходил и на Хоккайдо. В. Вальтон даже произвел высадку на берег 19 июня 1739, а 24 июня тоже повернул домой. Суда порознь пришли в Охотск и представили находящемуся там В. Берингу свои отчеты.

Согласно распоряжениям Сената и Адмиралтейств-коллегии для отыскания морских путей в Америку и Японию были снаряжены два морских отряда. Южному морскому отряду Великой Северной экспедиции предписывалось, построив в Охотске или на Камчатке три судна, плыть «ради обсервации и изыскания пути до Японии» и попутно обследовать Курильские острова. Достигнув Японии, отряд должен был ознакомиться с ее политическим строем, обследовать порты и по возможности установить мирные торговые отношения с ее жителями. Возглавил отряд помощник Беринга капитан Мартын Шпанберг.

В 1735 г. Шпанберг прибыл в Охотск, где под его наблюдением были построены два судна для «японского отряда» — бригантина «Архангел Михаил» и дубель-шлюпка «Надежда». К концу 1737 г. подготовка судов была полностью завершена, однако не удалось закончить подвозку путевого провианта и морского снабжения. Отправку экспедиции отложили до весны 1738 г. 18 июня 1738 г. суда экспедиции покинули устье Охоты и вышли в море. На борту флагманского судна «Архангел Михаил», командовал которым Шпанберг, было более 60 человек экипажа, в том числе штурман Петров, пробирных дел мастер Гардеболь, лекарь, иеромонах и пр. Дубель-шлюпкой «Надежда» командовал мичман Александр Шельтинг и штурман Казимеров, ботом «Святой Гавриил» — лейтенант Вильям Вальтон и его помощник подштурман Верещагин. Из-за штормовой погоды суда вскоре потеряли друг друга, но в начале июля встретились в Большерецке на Камчатке.

15 июля 1738 г., пополнив личный состав отряда подштурманом Родичевым, геодезистом Свистуновым, переводчиками и матросами, а также загрузив запас провизии, мореплаватели направились к Курильским островам. В густом тумане суда вновь разошлись. «Надежда» вернулась в Большерецк, «Архангел Михаил» прошел вдоль Курильской гряды до острова Уруп. Подойти к островам и осмотреть их Шпанберг не рискнул, написав в отчете: «берега каменные, утесы весьма крутые, и в море великая быстрина, и колебание жестокое на якоре стоять, грунтов не имеется и очень глубоко…». В середине августа судно прибыло в Большерецк. Наибольшего успеха добился лейтенант Вальтон. Его отряд на «Св. Гаврииле» дошел до берегов острова Хоккайдо, обследовав и описав 26 островов, затем вернулся в Охотск, а в мае 1739 г. — в Большерецк.

Зиму 1738−39 г. отряд Шпанберга посвятил подготовке к новому походу. Суда экспедиции были отремонтированы, в дополнение к ним на Камчатке построили 18-весельный шлюп «Большерецк». Командиром шлюпа стал квартирмейстер Василий Эрт.

21 мая 1739 г. отряд вышел в плавание и через четыре дня подошел к Курильским островам. Некоторое время мореплаватели потратили на поиски гипотетической земли Хуана де Гама, а затем, не обнаружив ее, направились к берегам Японии. 16 июня экспедиция достигла северо-восточного побережья острова Хонсю и продолжила движение к югу.

Из-за густого тумана и сильного шторма «Св. Гавриил» отбился от эскадры. Продолжая двигаться вдоль японского берега, он вскоре стал на якорь у селения Амацумура на широте 37° 42'. Для того чтобы набрать свежей воды и осмотреть селение, Вальтон отправил на берег штурмана Казимерова, квартирмейстера Черкашина и шестерых матросов. Эти люди стали первыми русскими, вступившими на японскую землю. Японцы радушно встретили моряков, угощали их вином, фруктами и овощами. На борт «Св. Гавриила» поднялся местный чиновник, осмотревший судно. Затем «Св. Гавриил» продолжил путь на юг и дошел до залива Симода, откуда в конце июня лег на обратный курс, а спустя месяц благополучно вернулся в Большерецк, а потом направился в Охотск.

Остальные суда экспедиции, также двигавшиеся вдоль японского берега, 22 июня бросили якорь в бухте Тасирохама у деревни Исомура. Прибытие русских судов вызвало большой интерес у местного населения. Жители ближайших селений на лодках привозили путешественникам рыбу, крупу, овощи, фрукты, табак, обменивали их на русские товары или просто дарили. Японцы помогли морякам запастись свежей водой. Побывал на судне Шпанберга и японский чиновник, осмотревший парусник. С его помощью Шпанбергу удалось удостовериться, что он действительно находится у побережья Японии. Из-за отсутствия переводчиков, владеющих японским языком, объясняться приходилось жестами.

Спустя несколько дней суда экспедиции, снявшись с якорей, покинули японский берег, взяв направление на северо-восток. 3 июля моряки подошли к большой группе островов, покрытых богатейшей растительностью. Эти острова, принадлежащие Курильской гряде, получили названия Зеленый, Фигурный, Трех сестер, Цитронный и т. д. Во время дальнейшего пути путешественники прошли мимо ряда островов (Кунашир, Шикотан, Итуруп и др.), на некоторых островах высаживались для их исследования и пополнения запасов пресной воды.

В середине июля в отряде Шпангберга появились больные цингой, умерло более 10 человек. Сильные ветры, штормы, частые густые туманы мешали продвижению судов, поэтому было принято решение о возвращении в Большерецк. В августе отряд подошел к устью реки Большой, а после небольшой стоянки отправился в Охотск. На пути в Охотск во время шторма едва не погибла дубель-шлюпка «Надежда», и Шельтинг вынужден был вернуться в устье Большой и встать там на зимовку. Летом 1740 г. «Надежда» присоединилась к остальным судам отряда в Охотске.

В Охотске Шпанберг встретился с Берингом и доложил ему об итогах экспедиции к берегам Японии. По поручению Беринга в ноябре 1739 г. Шпанберг отправил в Адмиралтейств-коллегию рапорт с описанием плавания и картами, составленными участниками похода. К рапорту были приложены вещи, привезенные из Японии, в том числе золотые монеты, полученные в обмен на русские товары.

В апреле 1740 г. Шпанберг получил приказ немедленно отправиться в Петербург, однако в пути его встретил нарочный с распоряжением возвратиться в Охотск и начать подготовку нового плавания к Курильским островам и Японии.

В течение года Шпанберг занимался подготовкой экспедиции: заготавливал снаряжение и провизию, руководил ремонтом старых и строительством новых судов. К концу лета 1741 г. все было готово к началу похода. В сентябре пакетбот «Святой Иоанн», бригантина «Архангел Михаил» и шлюп «Большерецк» из Охотска взяли курс на Большерецк, где должны были встать на зимовку. При переходе во время сильного шторма бригантина «Св. Михаил», которой командовал геодезист Свистунов, потеряла управление и была отброшена к Курильским островам. Дубель-шлюпка «Надежда» под командой мичмана Шельтинга отправилась для описи западного берега Охотского моря до устья Амура, однако возле Шантарских островов на судне появилась течь, и моряки вынуждены были вернуться в Большерецк.

Все суда собрались в Большерецке в начале октября 1741 г. После окончания зимовки в мае 1742 г. суда экспедиции взяли курс на Курильские острова. Флагманским судном отряда, которым командовал Шпанберг, стал пакетбот «Св. Иоанн». Штурмана судна Петрова заменили Хмелевский и Верещагин. В качестве переводчиков с японского языка к экспедиции были прикомандированы двое учеников Академии из Петербурга.

На сей раз дойти до Японии судам не удалось. До конца июля моряки вели исследования в районе Курильских островов, где многочисленные штормы изрядно потрепали суда, а «Святой Иоанн» получил пробоину. На совете, собранном Шпанбергом, было принято решение о возвращении. В конце июля суда прибыли в Большерецк, а оттуда дошли до Охотска. Продолжила работу лишь дубель-шлюпка «Надежда», которая в начале августа прошла проливом между Сахалином и Японией. Добравшись до устья Амура, моряки провели съемку берегов между Амуром и Удой, а затем в сентябре 1742 г. вернулись в Охотск. Участниками экспедиции были получены первые данные об Охотском море и Амурском лимане, открыт и нанесен на карту ряд островов Курильской гряды, установлено действительное положение островов Японии. Одним из важнейших итогов работы отряда стало открытие морского пути из России в Японию.

Академический отряд

Задача отряда:
Географические, геологические, этнографические, метеорологические, исторические исследования, изучение флоры и фауны материковой Сибири и Дальнего Востока.

Профессор Г. Миллер,
Профессор И. Гмелин,
Профессор Л. Делакроер,
Историк А.Татищев,
Студент С. Крашенинников,
Геодезист А. Красильников,
Адъюнкт естественных и исторических наук Г. Стеллер,
Адъюнкт естественных и исторических наук И.Фишер,
Ряд других исследователей.
Начало работ 1734. Окончание – 1740.

Результат:
Отряд» справился с поставленной задачей. Трудами перечисленных ученых, их сотрудников и помощников было положено начало научному изучению Сибири.

Подробное описание деятельности отряда (кликните для показа/скрытия)

Одним из отрядов Великой Северной экспедиции стал так называемый академический отряд, в состав которого вошли ученые Петербургской академии наук, студенты Славяно-греко-латинской академии в Москве, геодезисты, рудознатцы и другие специалисты. В задачи отряда входило естественно-географическое и историческое описание пути из Санкт-Петербурга до Камчатки. Ученые должны были регулярно докладывать о своих научных изысканиях, причем оригиналы их донесений передавались для изучения в Академию наук, а копии оставались в Сенате.

озглавил академический отряд действительный член Академии наук профессор Герард Фридрих Миллер, направлявшийся в Сибирь в качестве историографа экспедиции. В работе отряда приняли участие профессор химии и натуральной истории Иоганн Георг Гмелин, профессор астрономии Людвиг Делиль Делакроер, адъюнкт Иоганн Эгергард Фишер, адъюнкт натуральной истории Петербургской академии наук Георг Вильгельм Стеллер, студенты Степан Крашенинников, Василий Третьяков, Илья Яхонтов, Алексей Горланов и др.

Работа академического отряда Великой Северной экспедиции продолжалась в течение 13 лет. Его участниками были исследованы огромные просторы Сибири и Камчатки, составлены географическое, историческое, этнографическое, ботаническое и зоологическое описание этого обширного края, собраны уникальные архивные документы, давшие новые знания о истории России. Сотни карт, составленных отрядом, использовались при создании генеральной карты Российской империи. Большое значение для изучения гидрометеорологических условий Сибири имела сеть наблюдательных станций, открытая учеными академического отряда и продолжавшая работу после окончания экспедиции. Профессором Гмелиным была предпринята первая попытка географического районирования Сибири. Обработка материалов, собранных отрядом, заняла много лет. Ее результатом стали фундаментальные труды «История Сибири», «Описание путешествия по Сибири», «География Сибири», «Описание сибирских народов» Миллера, «Сибирская флора» Гмелина, «Описание земли Камчатки» Крашенинникова, сохранившие актуальность до настоящего времени.

Итоги Великой Северной экспедиции

Несмотря на все трудности и непреодолимые по тогдашним средствам препятствия, Великая Северная экспедиция существенно расширила географические (и все сопутствующие) сведения о берегах Ледовитого океана. Были нанесены на карты полярные пределы России, низовья больших сибирских рек. Был проявлен научный подход к изучению местных народов. Русские «официально» достигли берегов Америки и Японии.

Сведения, добытые отрядами экспедиции, более ста лет являлись единственным источником информации для ученых и мореплавателей всего мира. Именами командиров и активных участников экспедиции названы моря, проливы, острова и другие точки на карте России.